Connect with us

Trashik.NEWS

Материалы

«По дороге Максименко М.И. позвонил Мишустину М.В.»

Многое осталось недосказанным в истории о взятке в 1 млн долларов для сотрудников СКР – Михаила Максименко, Александра Дрыманова, Дениса Никандрова и Алексея Крамаренко. Эти деньги им были уплачены  за освобождение «авторитета» Андрея Кочуйкова (Итальянец) – «правой руки» «вора в законе» Захара Калашова (Шакро).

Передавал деньги «решальщик» Дмитрий Смычковский, но он был лишь посредником. А кто выделил эту круглую сумму? Как сообщает телеграм-канал ВЧК-ОГПУ, в материалах дела были показания, что это сделал Давид Мирзоев, который является младшим деловым партнером Давида Якобашвили. Мирзоев дальний родственник Шакро, они постоянно общались, у них были общие дела. Чаще всего криминальные. 

Когда Калашов объявил клич среди близких бизнесменов о необходимости крупной суммы на выкуп Итальянца, откликнулось много человек, в числе первых Мирщоев и Якобашвили, который тоже был знаком с Калашовым. Поэтому Мирзоев платил  1 млн долларов не только за себя, но и за Якобашвили. Впрочем, доказательств этого в ходе расследования собрать так не удалось. В материалах дела те, кто выделил 1 млн долл остались неустановленными лицами.

«По дороге Максименко М.И. позвонил Мишустину М.В.»

По данным редакции, обсуждение и передача 1 млн Смычковскому состоялась в одном из московских ресторанов.

Смычковский отдал деньги сотрудникам СКР. А как делил эту сумму сотрудники СКР на допросе рассказал Денис Никандров. Публикуем части этих показаний.      

«В течение недели после этого разговора с Максименко М.И. у Дрыманова А.А. опять появился Смычковский Д.Э. Об этом свидетель узнал от секретаря Дрыманова А.А., когда в очередной раз пытался попасть к нему на прием. Он не стал им мешать и вернулся в свой кабинет. Неожиданно к свидетелю зашел Дрыманов А.А., что само по себе бывало крайне редко. Дрыманов А.А. сказал, что у него Смычковский – друг Максименко М.И., который интересуется, возможно ли передать дело в отношении Кочуйкова и Романова в ЦАО, к Крамаренко. Дрыманов А.А. заверил, что, как он узнал от Смычковского Д.Э., Крамаренко сам переквалифицирует действия Кочуйкова А.Н. и Романова Э.А. на самоуправство, они признают вину, им поменяют меру пресечения на не связанную с заключением под стражу, и быстро, без лишнего шума, направят их уголовное дело в суд в особом порядке. Дрыманов А.А. сообщил, что Смычковский Д.Э. готов заплатить за это 1 миллион долларов США. Свидетель ответил, что передать дело сложно, но Дрыманов А.А. попросил что-нибудь придумать….

Дальнейшие обстоятельства, о которых свидетель сообщил следствию, произошли либо в течение недели после майских праздников, то есть с 10 по 13 мая 2016 года, либо с 16 по 20 мая 2016 года (более точно время не помнит).

В начале недели, когда он находился в кабинете Дрыманова А.А., тот вышел из-за стола, подошел к свидетелю и шепотом сообщил, что встречался со Смычковским Д.Э., которого, как он выразился, “терзает” Крамаренко А.И., требуя деньги. Он (Дрыманов А.А.) согласовал Смычковскому Д.Э. передачу напрямую Крамаренко А.И. 200 тысяч долларов США из 1 миллиона долларов, выделенных Смычковским Д.Э. на решение вопроса о переквалификации обвинения Кочуйкову А.Н. и Романову Э.А. на самоуправство и изменении им меры пресечения. Далее Дрыманов А.А. поинтересовался, все ли идет по плану. Он ответил, что теперь все зависит от Крамаренко А.И. После этого Дрыманов А.А. сказал, что “оставшиеся деньги заберем чуть позже”.

На следующий день, либо через день, Дрыманов А.А. опять вызвал свидетеля к себе. При его появлении сообщил, что он еще раз встретился со Смычковским Д.Э. и тот довел до его сведения, что передал 200 тысяч долларов США Крамаренко А.И., но после того как он (Смычковский Д.Э.) поехал забирать остальные деньги из места, где они у него хранились (не уточняя, где именно), выяснилось, что там осталось всего 400 тысяч долларов США. По мнению Смычковского Д.Э. другие 400 тысяч долларов США мог забрать только кто-то из “безопасников”. В данном случае, как понял свидетель, он имел в виду кого-то из управления, возглавляемого Максименко М.И. После этого, по словам Дрыманова А.А., Смычковский Д.Э. поехал к Максименко М.И., чтобы выяснить судьбу этих 400 тысяч долларов США.

В этот же день (либо на следующий), когда в промежуток с 15 до 17 часов он (Никандров Д.В.) находился в служебном кабинете Дрыманова А.А., последнему позвонил Максименко М.И. Об этом свидетель понял, поскольку Дрыманов А.А. обращался к собеседнику “Миша”, а после окончания разговора он сказал, что говорил с Максименко М.И. Исходя из услышанного разговора было понятно, что они договорились срочно встретиться где-то в районе набережной Москвы-реки. Потом Дрыманов А.А. сказал, что поехал встречаться с Максименко М.И. и попросил дождаться его возвращения.

Вернувшись примерно через час, Дрыманов А.А. вызвал его (Никандрова Д.В.) и также шепотом сообщил, что все выяснилось: недостающие 400 тысяч долларов США забрал Максименко М.И. Он с ним встретился и “забрал нашу долю”. Он опять попросил свидетеля никуда не уходить и пообещал попозже вечером отдать причитающуюся ему долю.
Подписывайтесь на наш канал

По окончании рабочего дня, приблизительно после 19 часов, собираясь домой, он зашел в кабинет Дрыманова А.А., который пригласил его пройти в комнату отдыха. На диване в комнате отдыха стоял темный полимерный пакет, заполненный доверху пачками долларов США. Дрыманов А.А. взял в руки мешок с затягивающимся верхом с логотипом фирмы “Боско” и стал в него перекладывать пачки долларов. Начав этот процесс, Дрыманов А.А. попросил его выйти в кабинет с тем, чтобы предотвратить проход в комнату отдыха “непрошенных гостей”, которые могли помешать. По прошествии нескольких минут Дрыманов А.А. вышел из комнаты отдыха и передал ему мешок “Боско”, наполненный денежными купюрами, и прошептал: “Здесь 200 тысяч”. Исходя из того, что свидетель видел в комнате отдыха доллары США, он понял, что в мешке 200 тысяч долларов США. Он поинтересовался у Дрыманова А.А., кто еще в доле. Он ответил, что Крамаренко А.И. уже получил, а оставшиеся деньги поделены между свидетелем, Максименко М.И., Смычковским Д.Э. и ним (Дрымановым А.А.). Свидетель поинтересовался по поводу Ламонова А.Н., так как, по его (Никандрова Д.В.) мнению, основанному на интересе Ламонова А.Н. к расследованию дела в отношении Кочуйкова А.Н. и Романова Э.А., он также рассчитывал на материальное вознаграждение. На это Дрыманов А.А. ответил, что Максименко М.И. про Ламонова А.Н. ничего не говорил и если свидетелю этот вопрос интересен, то может его задать непосредственно Максименко М.И.

Михаила МаксименкоМихаила Максименко

Приехав домой, он пересчитал количество пачек долларов США и убедился что их ровно 20 штук. Каждая пачка была перетянута посередине резинками желтого, красного и зеленого цветов.

Спустя неделю после передачи Дрымановым А.А. 200 тысяч долларов США, свидетель ездил к Максименко М.И. на работу и в ходе состоявшейся беседы поинтересовался, почему он и Дрыманов А.А. не предусмотрели участие Ламонова А.Н. в распределении денежных средств, так как по сложившемуся впечатлению Ламонов А.Н. рассчитывал на получение какой-либо выплаты, принимал участие в передаче информации по делу.

Максименко М.И. порекомендовал не переживать за Ламонова А.Н., так как, дословно, – “он и его ребята получили пятьсот штук”. Тогда свидетель понял, что кроме Смычковского Д.Э. существовал еще один взяткодатель, с которым контактировал Ламонов А.Н. и о существовании которого он до этого момента не предполагал.

На следующий день он рассказал о состоявшемся между ним и Максименко М.И. разговоре Дрыманову А.А., который остро отреагировал на существование второго взяткодателя: он возмутился и назвал Ламонова А.Н. мошенником.

16 мая 2016 года после предъявления Кочуйкову А.Н. и Романову Э.А. обвинения по ст. 330 УК РФ Крамаренко А.И. позвонил свидетелю и сообщил о непризнании ими своей вины. На вопрос, а как же его обещания и уверения, Крамаренко А.Н. ответил, что его обманули адвокаты. При этом свидетель дал указание Крамаренко А.Н. закончить расследование уголовного дела до 14 июня 2016 года и меру пресечения обвиняемым не менять. На это Крамаренко А.Н. заметил, что по достижении предельного срока содержания обвиняемых под стражей он все равно их отпустит.

Услышанное от Крамаренко А.И. он практически сразу же доложил Дрыманову А.А., который заметил, что это проблемы Крамаренко А.А., но тем не менее поручил сообщить об этой новости Максименко М.И.

На следующий день, 17 мая 2016 года, вечером, возле ресторана в районе Покровского бульвара Никандров Д.В. встретился с Максименко М.И. и в ходе разговора поставил его в известность о том, что Кочуйков А.Н. с Романовым Э.А. вину не признают, поэтому меру пресечения изменять в настоящее время им никто не будет. А Крамаренко А.И. хочет выпустить обвиняемых по истечении предельного срока их содержания под стражей. На это Максименко М.И. ответил, что он поговорит со Смычковским Д.Э. и заставит Кочуйкова и Романова признать вину, и если Крамаренко А.И. “накосячил”, то пускай несет ответственность, тем более, что он (Крамаренко А.И.) свои деньги уже получил. Со слов Максименко М.И., ни к Никандрову Д.В., ни к Дрыманову А.А., ни тем более к нему самому никаких претензий быть не может. Слова Максименко М.И. свидетеля успокоили, он посчитал, что его функции контроля по данному уголовному делу закончены.

07 июня 2016 года у Дрыманова А.А. был день рождения. Он в то время был в отпуске, и свидетель, как первый заместитель руководителя ГСУ СК России по г. Москве, исполнял его обязанности. Дрыманов А.А. находился на своей даче в Тульской области.

В указанный день свидетель, Гусев С.Н., Стрижов А.А. и Максименко М.И. планировали ехать его (Дрыманова А.А.) поздравлять. Однако к 16 часам его (Никандрова Д.В.) вызвали к Председателю СК России для участия в мероприятиях по поводу заключения договора о сотрудничестве между СК России и Малым театром.

Гусев С.Н. и Стрижов А.А. уехали самостоятельно, а свидетель созвонился с Максименко М.И., который также не смог поехать к Дрыманову А.А., и тот предложил поехать вместе с ним вечером. Для этого он (Никандров Д.В.) должен был приехать к нему на работу после завершения приема. Примерно в 19-20 часов, освободившись, он пришел к Максименко в его кабинет, где уже находился Смычковский Д.Э., который также выразил намерение ехать с ними. Они втроем поехали на одной машине.

По дороге Максименко М.И. позвонил руководитель ФНС России Мишустин М.В., после разговора с которым Максименко М.И. сказал, что им нужно встретиться. Встреча, по словам Максименко М.И., займет не более 5 минут, после чего они поедут к Дрыманову А.А. Они поехали к зданию ФНС России в районе ул. Неглинная. Однако Максименко М.И. пробыл у Мишустина М.В. около двух часов. Все это время они со Смычковским Д.Э ждали Максименко М.И. сначала на улице, затем в одном из кафе, расположенном в здании ЦУМа. Это было первое личное общение свидетеля со Смычковским Д.Э. В процессе общения они затрагивали только общие темы. По возвращении Максименко М.И., они решили в связи с поздним временем, что ехать к Дрыманову А.А. уже нет смысла.

14 июня 2016 года разразился скандал в связи с возможным освобождением Кочуйкова и Романова по истечении предельного срока их содержания под стражей. Об этом свидетелю сначала по телефону сообщил заместитель прокурора г. Москвы Катасонов Ю.А. Он (Никандров Д.В.) вызвал к себе Пахомова А.В и Семенова Д.В. (еще один заместитель Крамаренко А.И. помимо Хурцилавы А.А.).

Крамаренко А.И., как оказалось, был в отпуске и находился вне пределов России. Его телефон не отвечал. Он хотел отменить постановление о привлечении в качестве обвиняемых Кочуйкова и Романова по ст. 330 УК РФ, как ему советовали сделать Катасонов Ю.А. и прокурор ЦАО г. Москвы Устиновский М.Ю. Однако Пахомов А.В. и Семенов Д.В. настаивали на законности принятых решений по переквалификации.

Помня позицию Дрыманова А.А. по данному делу, он позвонил ему и объяснил возникшую ситуацию, так как она была очень конфликтной. Дрыманов А.А. поинтересовался мнением Пахомова А.В. и Семенова Д.В. и сказал ничего не отменять. Свидетель, руководствуясь указанием Дрыманова А.А., позвонил Катасонову Ю.А. и сообщил, что ГСУ СК Москвы считает свою позицию по квалификации верной и ничего отменять не будет. Также выяснилось, что сроки следствия по делу истекают, а СУ по ЦАО ходатайство о продлении сроков следствия перед руководителем не возбудило. Семенов Д.В. ничего вразумительного по этому вопросу пояснить не смог и сослался на Крамаренко А.И., якобы, со слов последнего, тот согласовал вопрос переквалификации с прокуратурой.

По его (Никандрова Д.В.) поручению Пахомов А.В. выяснил, что согласно журналу регистрации исходящей корреспонденции СУ по ЦАО ГСУ СК России по г. Москве копии постановлений о привлечении в качестве обвиняемых Кочуйкова А.Н. и Романова Э.А. в прокуратуру не направлялись. Семенов Д.В., а впоследствии и Крамаренко А.И., настаивали на том, что копии указанных постановлений Крамаренко А.И. передал прокурору лично, без сопроводительного письма, зарегистрированного установленным порядком».

Continue Reading
You may also like...
Click to comment

You must be logged in to post a comment Login

Leave a Reply

To Top